Литературное кафе

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Литературное кафе » Устаревшие произведения » Тунисская принцесса (полет второй)


Тунисская принцесса (полет второй)

Сообщений 1 страница 40 из 66

1

Ну, что делать, если меня плющит и таращит во все стороны? :jumping:
Выкладываю начало своего второго опуса,  типичного любовного романа, без особых изысков и исторических соответствий.
Средние века, пираты, гаремы и т. д. В общем, отдых для истомленной женской души...Пока автору отдыхать не надоест. :D
Может, кому и понравится. :blush:

                                                               
                                                                  1.
   
     «Perla  azul” оказалась довольно легкой добычей. Это был огромный многопалубный галеон,  с узорчатой разноцветной кормой и огромной  позолоченной фигурой женщины под бушпритом, в вытянутой руке держащей довольно большой  шар  голубого цвета - пресловутую жемчужину. Судно выглядело неприступной твердыней.  Но  было изрядно потрепано недавней ночной бурей, во время которой оно и  конвой - два  сопровождавших  его фрегата – потеряли друг друга.
      Корабль лишился во время шторма двух мачт, и из-за этого –  а также из-за своего груза, весьма тяжелого, что явственно можно было определить по низкой осадке судна - маневренности. Команда, измученная продолжавшейся всю ночь борьбой со штормом, почти вся спала.
     Две берберийские шебеки, атаковавшие  несчастную «Голубую жемчужину», имели на своих бортах всего лишь около пятидесяти пушек.  Но зато обладали несравненным преимуществом  в быстроходности и маневренности, а также удачно  воспользовались эффектом неожиданности нападения. Они  выскользнули в предрассветном тумане, окутавшем океан после страшного атлантического шторма, навстречу галеону, идущему под флагом королевства Испанского, и закружились вокруг «Голубой жемчужины», подобно двум  вечно голодным гиенам, описывающим круги вокруг умирающего от ран льва. Одновременно шебеки осыпали галеон градом пуль и ядер, нанося существенный урон верхним палубам, переборкам и оснастке и без того израненного, недавно столь могучего корабля. Выскакивавшие на палубу из внутренних помещений и кают  заспанные полуодетые члены команды попадали под шквальный огонь пуль и ядер, и в первые же минуты нападения  более ста человек было убито или ранено.
- Пираты! Берберы! – кричали люди, мечась по палубе и  баку.
    С двух сторон в дубовые борта «Голубой жемчужины», подобно бандерильям, вонзающимся в бока выпущенного на арену быка, впились острые  крючья абордажных кошек. Это были штурмовые якоря  на цепях, каждый с пятью острыми лапами; и, когда команды шебек начали подтягивать эти цепи, стремясь к максимальному сближению с  захватываемым кораблем,  чтобы начать абордаж, галеон издал почти человеческий стон.       
   Тогда по цепям, поддерживаемые  громкими криками  пиратов, на палубу «Голубой жемчужины» стали перепрыгивать первые атакующие. Их называли «черными досками», - это были невольники-негры, привезенные из глубин африканского материка, все как на подбор рослые и могучие мужчины, в одних набедренных повязках, вооруженные обнаженными ятаганами и тесаками. Эти люди расчищали дорогу основным силам берберийских головорезов. Большинству  рабов суждено было погибнуть во время штурма; тех из них, кто трусил и пытался повернуть назад, убивали сами корсары.  Следующие за неграми пираты  часто дрались с командой атакуемого судна прямо на трупах этих бедняг, безжалостно топча их ногами, - отсюда и  прозвище «черные доски».
     За невольниками, подбадривая себя  дикими воплями, начали перескакивать с  шебек на «Голубую жемчужину» остальные пираты, являвшие собою весьма разношерстное зрелище – одни, как и рабы, полуголые, другие в штанах и рубахах, но босиком, третьи -  в латах, кольчугах  и шлемах, порой очень дорогих,  часто трофейных, с богатыми насечками и узорами, из лучших сортов стали – толедской и дамасской. Вооружены корсары тоже были по-разному:  в руках у них можно было увидеть боевые топоры и ятаганы,  палаши и булавы, а также тяжелые длинноствольные мушкеты; последние, впрочем, были уже почти непригодны, потому что начинался ближний бой, и перезаряжать огнестрельное оружие было некогда. И  завязалась  кровавая схватка...
       Зная, что участь их будет весьма незавидной, даже если они сдадутся, испанцы сопротивлялись отчаянно, и в какой-то момент казалось, что они могут победить. Но вынырнувшее из клочьев медленно рассеивающегося тумана третье пиратское судно – галера-бригантина, на вершине фок-мачты   которой развевался бело-зеленый флаг командующего тунисским флотом, а палуба была усыпана вооруженными до зубов берберийскими корсарами, - решило исход сражения.
  ...Стоя на носу галеры, Селим-Реис*, немного удивленный тем, что пушки галеона почти не отвечают на выстрелы шебек,  следил за разворачивающимся на его глазах  сражением. Ноздри  командующего флотом, или капудан-паши, тунисского султана трепетали от смешавшихся в одно плотное, едва ли не осязаемое целое запахов  порохового дыма, гари, пота и крови;  пальцы правой руки с такой силой сжимали рукоять богато украшенной драгоценными камнями сабли, что самоцветы, казалось, вот-вот выдавятся из нее; темные  глаза горели тем  алчным огнем, который загорался в них редко –  лишь при виде очень красивой женщины или такого, как сегодня, зрелища  боя.
     Селим-Реис жаждал быть сейчас на «Голубой жемчужине», он алкал крови, стонов, хрипов поверженных врагов; бездействие в такой момент  он ощущал так же остро, как ощущает свое заключение тигр, мечущийся по клетке в зверинце. Но Селим не мог сегодня рисковать собою; да в этом и не было необходимости. Галеон практически захвачен.
    Да, вон уже и верный Гасан, терсане-агаса*, носится по палубе, сверкая своим палашом, - подражая командующему флоту, без кирасы, в белой рубахе, - направляя своих людей,  и сам Азраил, ангел смерти,  несомненно, летит за ним, готовясь забирать души погибших – и истинно верующих, и презренных кафиров*.
    Селим никогда не боялся риска; более того, и при дворе султана, и среди подчинявшихся ему людей, и даже среди врагов он приобрел за годы, проведенные в множестве  морских сражений, прозвище «Неуязвимый». И это было правдой: ни одной раны не получил он в боях, ни разу неприятельская пуля или клинок не задевали его тело. Селим-Реис был человеком неглупым, но он гордился своим прозвищем, и оно безмерно льстило ему. Он никогда не одевал кольчугу и шлем, а всегда – белые одежды, обычно к концу боя становившиеся багряными от крови – но не своей. Когда схватка оканчивалась, он выходил на шкафут* и, окруженный своими завороженно глядящими на него людьми,  снимал с себя  одежду, демонстрируя мускулистое, смуглое, поджарое, тело, на котором не было ни единой царапины.
    Но вот настал момент, когда он, Неуязвимый Селим-Реис, решил быть осторожным. Не захотел рисковать....И виновна в этом была женщина. Воистину, прав мудрец, сказавший: « Женская слабость сильнее самого могучего воина». И он, могучий воин, испугался риска; ведь так близок желанный миг, которого он так долго ждал, - возможно, уже через несколько дней свершится его заветная мечта, исполнятся все чаяния!
     Потому сейчас Гасан, а не он, властвует на испанском судне. Но не беда. В любом случае, слава победителя достанется ему, Селим-Реису. Такой прекрасный корабль! Нет, не зря  Неуязвимый приказал не стрелять ниже ватерлинии; он приведет «Голубую жемчужину» в порт, как послушную рабыню; все горожане сбегутся посмотреть на столь выдающуюся добычу.
     Возможно, и те загадочные и обжигающие как огонь глаза, что пленили Селима, узрят его трофей и наконец оценят его победу....А, если на испанском галеоне найдется чем поживиться – командующий флотом не отдаст его на разграбление своим людям; хвала Аллаху,  все они, хоть и величают даже сами себя  пиратами,  подчиняются беспрекословно жесткой дисциплине, введенной Реисом.  Он же все богатства готов  сложить к ногам своей избранницы. И тогда, быть может, она отбросит свою надменность и из неприступной красавицы превратится в покорную  мягкую одалиску?..
    В этих сладостных мечтах Селим даже  забыл на какое-то время о том, где находится; но, наконец,  звуки боя отвлекли его от грез.
    Капитану «Голубой жемчужины» удалось  между тем сплотить вокруг себя около ста человек команды и солдат; но вскоре он был убит метким выстрелом из мушкета. Без  командира, явно пользовавшегося большим авторитетом у подчиненных,  в рядах испанцев произошло замешательство, вскоре перешедшее в панику. Некоторые побросали шпаги и пистолеты, но это не спасло их от ужасного конца, – разгоряченные  боем, озверевшие от вида и запаха крови, корсары  беспощадно расправлялись со сдавшимися.
     Селим-Реис видел, как пираты, предводительствуемые  его  правой рукой Гасаном – невысоким, но  необыкновенно мощного телосложения  мужчиной, окружили значительно поредевшие ряды испанцев на шкафуте; и теперь схватка на борту  галеона начала походить на резню: оставшихся в живых испанцев просто крошили ятаганами и тесаками, распарывая  животы, отрубая руки и ноги  и перерезая глотки.
    Чуть заметно морщась – он предпочитал честный бой такому зверству, и  все  морские сражения вместе взятые не смогли приучить его привыкнуть к такому – Селим глядел на ужасную картину, разворачивающуюся перед ним на захваченном почти целиком галеоне. Вопли, стоны, мольбы о пощаде, хруст костей, предсмертные хрипы – страшная какофония, заставлявшая многих пиратов, особенно тех, что помоложе, заткнуть уши и закрыть глаза. Но капудан-паша не мог себе позволить проявить слабость; ни один мускул не дрогнул на его смуглом лице, он не мигая смотрел на залитую кровью, загаженную испражнениями и вывалившимися  внутренностями, а также обрубками рук и ног  палубу «Голубой жемчужины».
- Вы перейдете на галеон, Реис? – спросил у Селима  один из подчиненных.
- Да. Но пусть сначала смоют все с палубы, - ответил он, оборачиваясь к подошедшему, радуясь в глубине души, что может хоть ненадолго отвернуться, отвлечься  от жуткого зрелища резни. – Подай мне бурнус.
    Облачаясь в широкий белый бурнус, он вдруг услышал со стороны галеона какие-то,  непохожие на прежние, крики. Повернувшись, Селим увидел, что с десяток его людей, возглавляемых Гасаном, размахивая клинками, бросился к кормовой части «Голубой жемчужины». Вероятно, там еще находились испанцы.
    Похоже, вновь завязалась схватка; из-за сломанной мачты и обрывков парусов командующему не видно было, что происходит  на корме галеона. Но неожиданный  громкий протяжный вопль корсаров, в котором сквозили изумление, и бешенство одновременно, заставил Селима насторожиться.
- Что там происходит? – он шагнул вперед, наклонился, прищуриваясь, пытаясь хоть что-то увидеть.
- О Аллах всемогущий! Терсане- агасу убили! – послышались крики. Селим скрипнул зубами, рванул завязки бурнуса так, что порвал. Гасана убили!.. Гасан   преданно служил ему, один раз он даже спас командующему  жизнь. Не добиться бы  Селиму своей репутации  Неуязвимого, если бы в одном из сражений друг не прикрыл его своим телом, сам едва не погибнув... И вот – его нет! 
   
Реис* - здесь: капитан (араб.)
Терсане-агаса*- терсане агасы, помощник командующего флотом.
Кафир* - в исламе понятие безбожника - врага истинной веры.
Шкафут*- средняя часть верхней палубы.

Отредактировано Estrella (Вс, 31 Окт 2010 16:05)

0

2

Estrella написал(а):

Пока автору отдыхать не надоест.

Дева моя! Вопрос во встречку - а если надоест отдыхать? Где ж тогда концовка будет?
И намекаю крайне навязчиво ищщо про одну брошенную  автором вищицу...
А покедова пошла читать...

0

3

Прочитала не отрываясь, на одном дыхании. Очень понравилось, пусть я и не любитель батальных сцен.
Надо же! Я так образно всё представила, что едва ли не одновременно с главным героем, поморщившимся при виде устроенной на корабле резни, тоже вздрогнула от представленного ужаса!
Как Вам удалось так точно и без лишних деталей описать и корабль, и снаряжение, и ход битвы с корсарами?
Матчасть Вами тоже была изучена досконально, это видно.
Теперь очень хочется познакомиться с героиней, которую так желает получить главный пират. Какая она?
Жду с нетерпением продолжения!

0

4

Estrella написал(а):

Но вынырнувшее из клочьев медленно рассеивающегося тумана третье пиратское судно – галера-бригантина, на вершине фок-мачты   которой развевался бело-зеленый флаг командующего тунисским флотом, а палуба была усыпана вооруженными до зубов берберийскими корсарами, - решило исход сражения.

Заметно ,что автор прямо-таки обожает сложные предложения. В данном случае ИМХО, последовательность фраз в предложении поменять бы местами. Не того как -то ...

А в целом - обалденно! Чего стоят одни только морские термины... А само описание схватки! Продолжение интригует невероятно! Estrella  - мне оч-чень понравилось! Блестяще.  :flag:

0

5

Ой, спасибо..., Элис, LaFam:flag:
Я не ожидала, что вам понравится, потому что здесь все гораздо проще, чем в "Фальшивке". Это просто отдых для души. Как думалось, так и писалось. И в общем я не особо на деталях заострялась, хотя кое-где и порылась, чтоб совсем уж не выглядеть дурочкой в матчасти.
LaFam, увы, не знаю, когда вернусь к "Фальшивке". К сожалению моему. Вдохновение к ней исчезло, а куда - неизвестно.
Элис, умоляю : не надо ко мне на "вы" обращаться, а то сразу старухой себя чувствую.
LaFam, по поводу сложноподчиненных и сложносочиненных предложений: ну никак мне от них не уйти....Не представляю, что здесь можно сделать. И хочу точку поставить - и рука не полнимается (то есть, кнопка не нажимается.)

Вот вторая глава:

                                                                      2.

     Карие глаза Селима полыхнули оранжевым пламенем неистовой ярости. Выхватив из ножен саблю, сбросив с плеч бурнус, он одним гигантским прыжком перемахнул на борт  галеона и, расшвыривая своих же людей, спешивших на крики товарищей, перепрыгивая через  трупы, бросился  к кормовым надстройкам,  где  суетились пираты.
     Тело Гасана и еще нескольких пиратов спустили с юта* и положили на обрывки паруса под сломанной грот-мачтой. Казалось, на терсане-агасе не было ран; но опытный взгляд  капудан-паши, склонившегося над другом,  сразу определил, что он мертв.  Затем Селим заметил  красную полоску с левой стороны  в области сердца – от укола шпагой. Трудно было представить, что такое маленькое отверстие, из которого почти не вытекло крови, могло привести к смерти...
   И, однако, это было так. Селим зарычал, как раненый тигр. Красная пелена застлала ему глаза. Жажда крови, безумная, всепоглощающая, овладела капудан-пашой. Он выпрямился, и люди его, совсем недавно бесстрашно шедшие на смерть, сейчас отшатнулись, содрогаясь,– таким жутким  стало его лицо.
- Кто?!! – взревел  Селим. – Кто это сделал?!!
- Испанец, Реис...- забормотали, опуская глаза,  подчиненные. – Очень опасный...
– Он  будто Иблис* бросился на нас, убил сразу троих, меня и еще одного  ранил, а потом сошелся с Гасан-беем -  и мы не успели и моргнуть, пронзил его шпагой, - хриплым голосом сказал один из пиратов, прижимая к груди окровавленную руку.
- Моргнуть не успел, говоришь, трус? Так моргай на том свете! – Реис вырвал из ножен  саблю, взмахнул ею, и незадачливый корсар, которому клинок пронзил  левый глаз, повалился навзничь на палубу.
- Где этот  неверный? – крикнул командующий флотом. – Я сам разделаюсь с ним!
    Его люди поспешно расступились, и  Селим взбежал по ступенькам на ют,  где, за бизань-мачтой*, единственной уцелевшей во время шторма,  на довольно узком пятачке, ограниченном  с трех сторон пятифутовыми* бортиками самой высокой кормовой надстройки, дрались несколько человек. Два трупа и  пират, катающийся с воем по настилу, - живот несчастного пересекала страшная рубленая рана, – наглядно свидетельствовали, что убийца Гасана еще жив и продолжает сопротивляться.
    Селим выругался сквозь зубы, когда раненый попытался схватить его за туфлю, умоляя  Реиса прикончить его и тем облегчить его страдания, и с такой силой отшвырнул беднягу ногой, что тот ударился о мачту головой и затих. Изо рта у него хлынула кровь; он был мертв.
- Дорогу! – этот короткий приказ заставил корсаров опустить клинки, и капудан-паша увидел того, на кого они нападали.
    На испанце не  было ни шлема, ни лат. В распахнутой на груди черной рубашке, черных  штанах и обутый в  сапоги из черной кожи, – очень высокий, загорелый почти  дочерна, со стянутыми сзади в хвост длинными цвета воронова крыла волосами, - он и впрямь казался выходцем из ада. На лице его неестественно  ярко сверкали светлые глаза. В  правой руке у  испанца был кинжал-дага  - оружие, предназначенное прежде всего для защиты,  но также могущее стать смертельно опасным; в левой – длинная шпага.
     Селим-Реису, опытному стратегу и воину, нетрудно было понять, что испанец находится в гораздо более выгодном положении, нежели корсары: солнце било ему в спину; сзади он был защищен  полукругом бортика. К тому же,  небольшая площадь  юта  не давала  возможности нападающим  для  широкого маневра.
    Судя по всему, испанец был мастером фехтования; на нем, похоже,  не было ни царапины, и держался он непринужденно и свободно, словно эта смертельная  кровавая схватка  на галеоне являлась всего лишь тренировочным  боем.
- Мы хотим взять его живым, Реис, - сказал один из пиратов Селиму, тяжело дыша, в то время как двое его товарищей обессилено привалились к бизань-мачте. – Мы могли бы застрелить его из мушкетов, но он заслуживает небыстрой смерти за нашего Гасан-бея....Но и ловок же он! Как кошка!
   Испанец тоже воспользовался передышкой; он прислонился к бортику, отер пот со лба широким рукавом своей рубахи и, полузакрыв глаза, с наслаждением подставил лицо налетевшему прохладному ветерку.
    Селим кивнул говорившему.  Ярость Реиса теперь, когда он убил двоих, улеглась; он  вложил клинок в ножны, не спуская сощуренных глаз  с  противника. Капудан-пашу невольно поразило хладнокровие этого человека, - ведь должен же он понимать, что ему нет спасения. А он так  невозмутим! Почему? Быть может, потому что он – левша? Левая рука считается нечистой; леворукость – это признак темных сил, владеющих человеком.  Но Селиму приходилось сражаться с левшами, и он всегда выходил победителем. Он не слишком верил в эту примету.
    Взгляд командующего флотом оценивающе скользнул по фигуре  неверного. Великолепно сложен. Строен, широкоплеч, узкобедр. Рост – такой же, пожалуй, как и у Селима. Раб с такой прекрасной фигурой может стоить не одну сотню золотых динаров. «Пожалуй, мои люди правы. Убить его я всегда успею, - раздумывал Реис, поглаживая эфес сабли. – Я возьму его живым. И не стану выставлять на невольничьем рынке. Он будет моим рабом - и только моим. И он  дорого заплатит за смерть моего друга! Он будет молить меня о смерти, молить на коленях!»
  «Это даже хорошо, что он пока не ранен и полон сил, - продолжал размышлять Селим. – Немного чести – мне, Неуязвимому Реису, грозе неверных, вступить в поединок  с ослабленным и истекающим  кровью соперником.  Я не стану наносить ему  раны. Я просто обезоружу его, - каким бы ловким он ни был, против меня и моего мастерства ему не выстоять. Я докажу еще раз своим людям, что я – непобедимый и неуязвимый воин!»
    От быстро бьющегося в предвкушении схватки сердца горячей  волной  вместе с кровью по всему телу хлынуло радостное возбуждение.  Давно капудан-паша не испытывал такого дивного чувства!
- Дай мне свой ятаган, - велел Реис стоявшему рядом пирату, обнажая свою саблю и отстегивая пояс с ножнами. Селим был уверен в своем превосходстве; но драться против вооруженного двумя клинками противника следовало также не одной лишь саблей. – А теперь, - он обращался ко всем троим корсарам, - отойдите назад и не вмешивайтесь. Этот человек – мой, и я сам разделаюсь с ним.
   Они  поспешно отступили. Услышав громкие слова  своего военачальника, к юту устремились  остальные пираты. Вскоре вся корма была запружена жаждущими кровавого зрелища  корсарами. Многие   вскарабкались по остаткам снастей на сломанные мачты, чтобы сверху наблюдать за поединком своего командующего и единственного оставшегося в живых на галеоне испанца;  некоторые залезли и на бизань.
   Эти несколько минут Селим пристально следил за неверным. Тот  стоял все в той же  раскованной позе, прикрыв глаза, - но расслабленность его не могла обмануть  зоркий взгляд  опытного полководца. Из-под полуопущенных век испанец, несомненно,  внимательно наблюдал за своими врагами, стараясь понять, что они затевают, и готовясь к новому бою.
   - Сдавайся! – крикнул кто-то из корсаров на ломаном испанском. – Реис зарежет тебя, как барана!
    Испанец только улыбнулся, - белоснежные зубы сверкнули на смуглом лице, как крылья чайки в грозовом небе.
     Когда  капудан-паша сбросил пояс и взял в левую руку ятаган, убийца Гасана  открыл глаза и взглянул прямо в лицо  Селиму. Он понял, что  именно этого мужчину в белых одеждах называли Реисом. Глаза испанца и Селима встретились – и вспыхнули. Взгляд  тунисца сверкал огнем  неутоленного мщения и победоносной радости, взор испанца обжигал ледяной надменностью и решимостью сражаться до конца.

Ют* - кормовая часть верхней палубы судна или кормовая надстройка на судне.
Иблис* - имя шайтана, сатаны, дьявола.
Бизань-мачта*- название кормовой мачты на трёх- и более мачтовом судне. На трёхмачтовых судах бизань всегда третья, на многомачтовых — последняя.
Испанский фут = 0,287342 метра.

Отредактировано Estrella (Вс, 31 Окт 2010 20:09)

0

6

Уважаемая Estrella, варварийские пираты не пользовались шебеками. Дхоу или галера - вот, собственно, и весь их реестр судов.

Estrella написал(а):

Тогда по цепям, поддерживаемые  громкими криками  пиратов, на палубу «Голубой жемчужины» стали перепрыгивать первые атакующие. Их называли «черными досками», - это были невольники-негры, привезенные из глубин африканского материка, все как на подбор рослые и могучие мужчины, в одних набедренных повязках, вооруженные обнаженными ятаганами и тесаками.

Черные доски - имеют двоякое толкование: бывшие невольники из глубины Черного континента,принявшме ислам и абордажные мостики типа древнеримского ворона. Но в любом случае, вряд ли негры будут в набедренных повязках: коран обязывает их одеваться чуть более полно.

Estrella написал(а):

За невольниками, подбадривая себя  дикими воплями, начали перескакивать с  шебек на «Голубую жемчужину» остальные пираты, являвшие собою весьма разношерстное зрелище – одни, как и рабы, полуголые, другие в штанах и рубахах, но босиком, третьи -  в латах, кольчугах  и шлемах, порой очень дорогих,  часто трофейных, с богатыми насечками и узорами, из лучших сортов стали – толедской и дамасской.

Перед началом абордажной схватки обычно на палубу вражеского судна забрасывали "подарочки", как то горшки с негашеной известью, горшки с ядовитыми змеями, горшки с маслом и пр.

Estrella написал(а):

Да, вон уже и верный Гасан, терсане-агаса*, носится по палубе, сверкая своим палашом,

Палашом - вряд ли. Кончаром - куда ближе к истине.

Estrella написал(а):

Но Селим не мог сегодня рисковать собою; да в этом и не было необходимости.

У берберийских пиратов в атаку шли ВСЕ! От юнги, до капитана включтельно.
Вообще - здорово, но некоторые мелочи бросаются в глаза. Как то: две галеры в принципе не рискнут напасть на галеон. На нем орудий болше, чем на этих двух судах, вместе взятых, и он просто перетопит их издаля. Другое дело, что галеон вообще не может плавать по Средиземному морю: ветра не те... Попробуйте чуть-чуть исправить, и будет здорово. Искренне прошу простить за возможные грамматические ошибки - пишу не очень трезвый....

0

7

Салех, большое спасибо! Очень ценные комментарии, будем исправляться и исправлять. :flag:

0

8

Тогда, если Вы не против моих замечаний, уважаемая Estrella, исправьте "галеон" на "галеас". Слова очень созвучны, но галеас - тип парусно-гребных военных кораблей. Название означает «большая галера». Находился в составе европейских флотов в XVI—XVII веках. Является промежуточным типом судна между галерой и парусным кораблём. От галеры отличался больши́ми размерами и возможностью плавать в зимнее время года; а галеон -  военно-транспортный парусный двухпалубный (иногда трех -  семипалубный!) корабль с высокой кормой. Длина 40 метров, ширина — 16. Вооружение 50—80 орудий. Экипаж состоял из 600 матросов и солдат. С такой ордой две галеры не справятся. Да и залезть на борт было бы проблемотачно: борт галеона был бы на высоте 3-5 метров над палубой галеры. И вот еще что: берьберы очень хорошо представляляи себе возможности европейской (в данном случае - итальянской) школы фехтования. Поэтому бербер, будь он хоть трижды крут не полез бы на испанца, вооружившись ТОЛЬКО рубящим оружием. Смертельную колющую рану можно нанести с большего расстояния, чем рубящую. Так что сабля и ятаган смотрятся весьма бледно против шпаги и даги-стилета. Исход поединка предугадать было бы не сложно: два-три взмаха турка, длинный выпад испанца - и Селим-Реиса несут бегом , чтобы успеть до захода солнца. Вернее всего. что Селим использовал бы лук, или пистолет...
Р.S. Прошу извинить за ошибки. Стрался проверить текст, но глаза уже явно "разъезжаются"

0

9

Салех, еще раз спасибо. Кроме того, что в данном случае школа фехтования испанская "эспада и дага", мне возразить нечего. Не такой я знаток, хотя и смотрела  детали, но, конечно, могла и ошибиться в них. Будем шлифовать рОман. :flag:

0

10

Estrella,мне очень понравилось начало! С удовольствием буду читать твой новый роман! http://s19.rimg.info/30df72c7b040cadf85a5b83ed54b15e8.gif  http://i.smiles2k.net/big_smiles/super_smilies085.gif

0

11

Mary, спасибочки!  :flag:

Салех, можно, если Вы еще ко мне заглянете, вас помучить?
Я хочу все-таки оставить галеон. Почему? Потому что он красивый, и мне он нравится. (О, женщины....Не ищите логику и смысл в их поступках и словах!)
Вопрос математический: сколько нужно галер, чтобы захватить галеон?  Если их будет четыре ( + 5-я, на которой Селим?) Хватит?
Потом - горшочки со всякими пакостями. Можно их не упоминать, или обязательно? Оно, конечно, вставить недолго... А вот змеи. Они же могли и пиратов покусать!
Не хочу я этих горшков. Может,  пираты их забыли дома.... Или уже использовали...
А сцену поединка я исправлю. Назревает Вопрос второй : если Селим будет драться саблей и шпагой, ему это будет удобно, на Ваш взгляд?
Сабля в его руке мне нужна, пистолетом он пользоваться не будет, потому что он человек достаточно благородный в некоторых вещах, и хочет сражаться с испанцем на равных.
Спасибо Вам еще раз, Ваши знания просто потрясают!  :flag:

0

12

Уважаемая Estrella, ну не может галеон плавать по Средиземноморью. Ветра не те, лавировать будет очень сложно, а в каждый порт придется затаскивать на буксире. Возьмите, если уж Вам так хочется испанского флота, каракку.  Тоже тяжелая, борт высокий, вооружена не слабее галеона, но более приспособлена для Средиземноморья. Но уж если это все же был галеон - приготовьтесь описывать жуткие сцены морского боя. С тонущими кораблями, моряками, разорванными на части ядрами, грохотом ломающихся снастей после попадания в рангоут книппелей или скованных ядер. Галеон придется штурмовать минимум пятью-шестью галерами, причем заранее списав две-три в неизбежные потери. Одну галеру (а то и две!) моряки галеона утопят с дальней дистанции, когда пушки берберов будут еще бесполезны, а 24-х фунтовые пушки или кулеврины галеона начнут собирать свой смертельный урожай. Далее, галерам придется рискнуть и подходить к галеону одновременно со всех сторон. Самое уязвимое место в абордажной схватке у галеона - нос (он же бак, он же, только не смейтесь - гальюн). Он вдвое ниже кормы, пушек там немного (четыре-шесть - не больше), так что можно попробовать зацепиться. При взятии на абордаж, галеон залпами в упор утопит одну две вражеские галеры. Затем начнется светопреставление на палубе. Испанцы - солдаты построятся в два-три ряда на шкафуте и первую волну атакующих пиратов просто сметет слитный залп не менее ста мушкетов. Учтите, что в такой схватке мушкеты, скорее всего, зарядят картечью, так что залп выдаст пятьсот-шестьсот поражающих элементов. Чтобы Вам, уважаемая Estrella, было легче себе вообразить последствия этого вселенского безобразия, учтите, что пятьсот пуль - это две пулеметные ленты, высаженные длинными очередями. Ну а дальше – кто кого. На галеоне – пятьсот-шестьсот человек, и праздновать труса они не собираются. Из этих пятисот, кстати, двести – солдаты морской пехоты. Вооруженные алебардами, протазанами и прочим длинным оружием, которому пиратам противопоставлять придется только сабли да ятаганы.
Что касается горшков, то с галеона уж обязательно начнут швырять горшки с негашенкой, что обогатит босоногих пиратов новыми незабываемыми ощущениями (негашеная известь смешиваясь с водой разогревается до 100 – 110 градусов по Цельсию), и с маслом, дабы палубы у пиратов стали скользкими и жизнь медом не казалась.
По поводу выбора оружия для боя с испанцем: думаю, что пират взял бы длинный узкий меч-кончар. В левой руке может быть что угодно: от ятагана, который неверный возьмет «обратным хватом» - острием к себе, до кривого индийского кинжала, которым можно попробовать зацепить шпагу испанца.

Отредактировано Салех (Вт, 2 Ноя 2010 01:04)

0

13

Салех, на моем галеоне пушек гораздо меньше. На нем везут золото, и поэтому часть пушек снята ( он шел под конвоем ).
Селим, конечно, об этом не знал...Просто ему повезло.
Мое ощущение - надо Вам передавать бразды правления в сценах морского боя, у Вас схватка получится куда зрелищнее. :flag:
Шучу, конечно...
Обдумаю все Ваши замечания, спасибо еще раз.
Кстати, в гаремах Вы так же хорошо разбираетесь?  :flirt:

0

14

Estrella очень понравилось, интересное начало. Описание кораблей тоже правильное, прям там себя и представила. Ого страшно. :surprise: Схватка описана очень интересно. Буду ждать продолжение. :flirt:

0

15

Estrella написал(а):

Вопрос математический: сколько нужно галер, чтобы захватить галеон?

Накой тебе галеры? Так нужны рабы для повествования? В какие года действие7 А то может галерами пользуются самые отсталые судовладельцы :D
Рискну добавить, что шебеки как и шхуны проворнее на мелководье , у берегов. У шебек борта повыше чем у шхун и пушек поболе будет, но против галеона... Завтра прочту внимательнее, чтой- то упустила куда конвой подевался. Галеон вкупе с фрегатами =убойная сила

0

16

Все понравилось, в данном случае у меня логика где-то гуляет...
Один вопрос - автор столь подробно описывает события. А хватит запала у автора довести читателей до знакомства с героиней?  :crazyfun:
Ждю продолжения сильно-сильно...

0

17

Джой написал(а):

В какие года действие7

Джой, это 16 век.

Джой написал(а):

Накой тебе галеры?

Действительно, на кой. Сама об этом думаю. :rofl:
 

LaFam написал(а):

автор столь подробно описывает события...

LaFam, по-другому почему-то не получается. Роман должен был быть в духе Линдсей, быстро-быстро и без особых изысков и подробностей. Но я растекаюсь мыслями по древу, и мне хочется чтобы и правдоподобно было тоже. (На фиг это нужно в данном жанре? :D )

LaFam написал(а):

хватит запала у автора довести читателей до знакомства с героиней

Не уверена, заранее предупреждаю. Полет может оборваться в любую секунду и в любой точке.

Вот продолжение, которое переделано по совету Салеха (правда, считаю его слабее первой версии, но, возможно, чуть-чуть правдоподобней).  Селим здесь дерется саблей и мечом-кончаром. :blush:

                                                        3.
         
   В полной тишине они начали свой поединок. Лишь плеск волн, мерно ударяющих в борта  «Голубой жемчужины»,  вторил  звону  скрестившихся клинков.
    Селим не ожидал, что неверный окажется так проворен, - и даже не как кошка, а как угорь, проскальзывающий между пальцами, не даваясь в руки.  Уже через несколько мгновений после начала схватки Реису стало понятно, что первоначальный план – обезоружить противника, не нанеся ему ран, - невыполним. Чтобы взять этого человека, надо было либо тяжело ранить, либо убить его. Движения испанца были отточены так, будто он родился с двумя клинками в руках. Селим, всегда гордившийся своей быстротой, ловкостью и знанием множества коварнейших приемов, приобретенных как у восточных, так и у европейских мастеров фехтования, впервые встретил столь достойного – но, конечно, не превосходящего его - противника.
     Поняв, что  поединок будет на равных, Селим обрушил на врага  град  разнообразных коварных ударов и выпадов, каждый из которых мог стать смертельным. Но испанец легко отбил все, продемонстрировав великолепную фехтовальную технику.
    Реису не удавалось даже повернуть его боком к солнцу, чтобы немного облегчить себе задачу. К счастью для тунисца, большое облако закрыло ярко сиявшее светило, и Реис перевел дух, с завистью заметив, как ровно и глубоко дышит его соперник, - испанец выглядел более свежим и бодрым, чем  Селим, хотя и сражался  дольше.
   Этот презренный кафир  своим спокойствием и хладнокровием начинал раздражать  командующего флотом. Как найти лазейку в обороне  испанца? Дополнительным преимуществом Реиса в бою было обычно то, что он привык сражаться в море, на борту, и даже при сильной качке умело рассчитывал каждое движение своё и  своего клинка. Но сегодня, после ночного шторма, море было спокойным, и  галеон почти не покачивался;  казалось, что противники дерутся не на палубе, а на твердой земле.
    Раздосадованный неудачным началом боя, капудан-паша сосредоточился на том, чтобы сломать один из клинков неверного, которые были гораздо уже, чем его сабля, что дало бы ему существенное преимущество. Испанец понял тактику Реиса и стал вдвойне осторожнее. Он почти не нападал, выжидая, будто уверенный в своем превосходстве, и это бесило Селима, лишая обычной выдержки.
    Бой длился уже несколько минут; по лбам противников катился пот, заливая глаза и мешая видеть движения друг друга. Оба теперь дрались расчетливо и неторопливо, ибо каждый из них чувствовал, что решительное мгновение близко.
   Неожиданно испанец поскользнулся на скользких от крови досках юта и кинул взгляд себе под ноги; Селим моментально воспользовался удобным моментом, и даже крякнул от удовольствия, когда его сабля разрезала грудь противника, лишь в самую последнюю секунду успевшего отскочить. Но порез все же был глубокий; кровь, почти незаметная на черном, заструилась вниз по рубашке, и пираты приветствовали эту первую кровь   неверного оглушительными криками и свистом.
   Понимая, что с каждой ее каплей уходят силы, испанец молча ринулся вперед, отставив оборону. Его атака была подобна стремительному нападению акулы на зазевавшегося искателя жемчуга, рискнувшего нырнуть на  самую глубину. Неуловимо быстрый бросок, обманный выпад шпагой вверх, нацеленный в горло – и, одновременно, удар дагой наискосок вниз. Селим отбил лезвие клинка противника мечом, но кинжал не успел, и тонкое острие обожгло ему, словно раскаленным шилом,  левое бедро, заставив вскрикнуть от боли.
    Одновременно из сотен корсарских глоток вырвался вздох – и в нем были и изумление, и ужас, и разочарование. Непобедимый Селим-Реис получил рану!.. На белой одежде капудан-паши  появилось  кровавое пятно, наглядно свидетельствуя: Неуязвимый оказался все же уязвим! Легенда рухнула.
     Боль была дикая; но бешенство от осознания своего позора – ибо Реис считал нанесенное ему  ранение позором для себя - помогло преодолеть ее и остаться на ногах.  Он кинулся на врага,  который не отступил, а тоже сделал шаг вперед.
    Ловкий взмах сабли – и лезвие даги обломалось у самой рукояти, и  кинжал в руке испанца  превратился в  короткий бесполезный  обрубок. Затем последовал  коварный обманный выпад, который наверняка должен был принести Реису  победу....
     Селим вскрикнул вновь.  Клинок  противника пронзил насквозь его левое предплечье, и командующий  выронил меч. Испанец же отделался лишь  глубокой царапиной на плече.
    Капудан-паша зарычал как раненый тигр. Он прыгнул, собрав все оставшиеся силы, на врага.... и в то же мгновение удар в висок заставил его выпустить свою саблю и рухнуть на палубу, -  противник оглушил Селима эфесом своей  обрубленной даги.
   ...Но это была, увы,  не победа испанца, оставшегося  почти невредимым; вернее, победа, но слишком короткая, чтобы можно было насладиться ею. Крик корсаров, увидевших своего командующего у ног неверного, был подобен реву бури, разразившейся над океаном. Забыв о повелении Реиса не вмешиваться, они, как стая голодных волков,  ринулись на врага, который, отбросив бесполезную дагу, поднял саблю Селима и теперь был вооружен двумя клинками.
   Раздались беспорядочные выстрелы; стреляли сверху, с мачт, чтобы не зацепить своих же. Скорее всего, несколько  пуль достигли своей цели, потому что испанец вздрогнул  и пошатнулся. Но ни сдаваться, ни быть разорванным в клочья ордой рассвирепевших пиратов  он не собирался. Всё еще лицом к корсарам, угрожая им  одновременно и саблей Реиса, и своей длинной шпагой, - те из них, что были ближе всего к  кафиру, невольно отступили, помня, как  смертоносны клинки в его руках, - он сделал несколько неверных шагов назад, к бортику. Ухватился за него  и, перебросив через ограждение свое  истекающее кровью тело,  не выпуская из рук  оружие, прыгнул, - или, скорее, упал, -  в воду.
  ...Удар, нанесенный Реису  эфесом даги, не был очень силен, он пришелся  по касательной и только на несколько секунд лишил  командующего флотом  сознания. Испанец еще находился на палубе, когда Селим открыл глаза; в тот момент, когда раздался всплеск – это его победитель прыгнул в море, -  Реис уже сидел, почтительно поддерживаемый сзади двумя людьми, а на бригантину  послали за  его  врачом. Селим  брал  в море  старого  мудрого табиба* не для себя, хотя тот и считался личным медиком  капудан-паши, а чтобы  при необходимости лечить командный состав  тунисского флота.
   Кусая губы, чтобы не закричать, Реис обводил склонившихся над ним  подчиненных мутным взглядом. Он все еще не мог поверить во все происшедшее, осознать, что это случилось с ним, - непобедимым и неуязвимым. Дрожь пробежала по его телу, когда он вспомнил все подробности  поединка,  и – главное  -  свое унизительное падение к ногам испанца. Пальцы его машинально зашарили по боку, ища рукоять своей сабли.
- Моя сабля, - хрипло потребовал он. - Где она?
    Корсары испуганно переглянулись.
- Она....Реис, ее взял неверный...
- Что?!! – Подскочил Селим, и тут же, застонав, схватился за бедро. – Где этот пес?
- Упал за борт, господин.
-  Как упал?.. С моей саблей?.. Почему вы его упустили?.. За ним! – Бормотал Селим, и глаза его медленно наливались кровью.
- Он был мертв, Реис. –Быстро сказал один корсар. - Вы его тяжело ранили его, Аллах свидетель!
- Нет....Он был  жив! – Покачал головой Селим. – Я только задел его.
- Но в него попало не меньше десятка пуль, -  вставил другой пират.
- Да, это так! Мы все это видели, господин! – хором воскликнули остальные.
- Найти...Поймать....Вернуть! – вскричал Реис, скрипя зубами и снова пытаясь встать. – Вернуть мою саблю! И этого испанского пса!..
- Но неверный камнем пошел на дно, господин!
- Вы не слышите приказ?.. За ним! Он нужен мне!
   Корсары мялись  и переглядывались. Ни одному не хотелось прыгать за борт, где уже плавали трупы команды  галеона,  и искать на дне, - если еще тут не так глубоко, - тело испанца. Да и вдруг неверный - и впрямь слуга шайтана, и вовсе не умер, а затаился под водой и ждет их там  с саблей и со своей смертоносной шпагой?.. Если он одержал победу над  самим Реисом – то с ними наверняка  справится без  всякого труда.
     Селим правильно понял их взгляды. Трусливые шакалы! Губы его искривились в презрительной усмешке. Глаза его вдруг остановились на одном из отряда «черных досок»,  полуголом великанского роста негре-невольнике с широченными плечами, бугрящимися  узлами мускулов, стоявшем неподалеку.
- Хочешь получить свободу? – спросил его Селим.
    Негр молча кивнул.
- Прыгай за испанцем. Мне нужен он... и моя сабля.
    Не раздумывая, негр зажал в зубах свой короткий изогнутый нож, подбежал к бортику и прыгнул вниз.

*Табиб – врач, доктор, лекарь, медик.

Отредактировано Estrella (Вт, 2 Ноя 2010 21:34)

0

18

Estrella написал(а):

Джой, это 16 век.Джой написал(а):Накой тебе галеры?Действительно, на кой. Сама об этом думаю.

Ну раз 16-й, то  на галеоне % имелись гребцы и он сам по себе уже считался галерой( испанцы широко практиковали галерный флот). галерами считалось каждое судно. это значительно увеличивало скорость передвижения в безветрие.
А мне подробности понравились. Здорово. Живенько. (правда я сама стараюсь не употреблять много терминов (боюсь запутаться))
И кажется мне, что отважный испанец завоюет сердце той самой дамы о которой мечтает Селим.
Жаль, если прервешься на самом интересном месте как в предыдущем.

0

19

Джой написал(а):

Жаль, если прервешься на самом интересном месте как в предыдущем.

Ыхы.

Estrella написал(а):

Бой длился уже несколько минут

Чего-то не того... То есть, как бы продолжительность боя не конкретизировать минутами?  :smoke:

0

20

Estrella написал(а):

Салех, на моем галеоне пушек гораздо меньше. На нем везут золото, и поэтому часть пушек снята ( он шел под конвоем ).

Уважаемая Estrella, вдумайтесь в то, что Вы мне написали! Везут золото и сняли пушки - очень маловероятно. Взяли меньше припасов, убавили число моряков в пользу солдат - в это я поверю, а вот наоборот... Конвой в те времена - дело не надежное. Скорее возможна ситуация, когда Селим - ЗНАЛ и собрал здоровенный отряд. Но бой будет страшный: и те и другие очень хорошо знают ЗА ЧТО дерутся!

Estrella написал(а):

Кстати, в гаремах Вы так же хорошо разбираетесь?

Увы, уважаемая Estrella, увы... Не султан ( к сожалению) и не евнух (К СЧАСТЬЮ!!!), так что в гаремах я не силен. Так что если по гаремам справку - это Вам у Саиды спрашивать надо...

0

21

Добралась до сладенького.
Вообще подобный жанр не люблю, но раз уже о пиратах... (О, Джек Воробей, увези меня в море синее :hobo: )
Для начала, стандартная фраза - написано хорошо.  Да ладно, я не для утешения, честно говорю. Не люблю, когда слог у автора хромает, а тут всё нормуль. В общем, рука мастера видна.
В ашипках помощи не дам, т.к. сама грешу. Критики, критики...
Вообще во многом соглашусь с господином Салехом. Логика порой хромает, при чём конкретно. Хотя, коль уж 98% дамочек не видят разницы между галерой и галеоном, и разные тонкости им не так уж важны и интересны, то чёрт возьми какая разница. Может кто-то скажет: в образовательных целях :no:  нужно писать правильно и дотошно. Да ладно! Закроют книгу и фиг что будут помнить, кроме опупенных эротических сцен. Пардоньте.  :dontknow:  Ну хотя да, раз уж взялись, то извольте! Очень радуют некоторые здешние писательницы женских романов, тщательно изучающих эпоху, тему и т.д. и т.п., о которых пишут...

Estrella написал(а):

Реис зарежет тебя, как барана!

ей Богу... Сложилось такое ощущение, что после этих слов герой - кинжал в зубы и лезгинку затанцует... Как-то...

Estrella написал(а):

Кафир

Кяфир ближе по произношению будет.

Estrella написал(а):

несчастную «Голубую жемчужину»

когда читаешь сладывается ощущение, что несчастную - это не в смысле, что её жалко, а в смысле, что она ничтожество какое-то

Estrella написал(а):

подбадривая себя

будто на спортивных состязаниях... Кровавее словечко нужно, чтоб у читателя аж ааааррррррр :hobo:

Estrella написал(а):

он приведет «Голубую жемчужину» в порт, как послушную рабыню

а тут красиво, молодец.

Estrella написал(а):

Карие глаза Селима полыхнули оранжевым пламенем неистовой ярости

мать честная... цвет уж явно лишний

Estrella написал(а):

одалиску

что ж он так свою возлюбленную нехорошо называет? Одалиска - это почти служанка, сексуальная рабыня.

+1

22

Салех написал(а):

Везут золото и сняли пушки - очень маловероятно

Пушки весят много. Золото тоже (конечно, я не взвешивала точно). Чем-то пришлось пожертвовать. А охрана была : судно сопровождал конвой. Если мало двух кораблей - добавим еще.)

Салех, на счет султана и этого....как его....второго....я в отпаде!!!  :rofl:  :rofl:  :D
Салех, а по поединку замечаний нет? Я так трепетамши.

LaFam написал(а):

То есть, как бы продолжительность боя не конкретизировать минутами?

Без вопросов, уберем минуты. Ими легче пожертвовать, чем роскошным галеоном. :crazyfun:

KoFFe, спасибо, что заглянула!  :flag:

KoFFe написал(а):

Добралась до сладенького.

Приятно быть десертом, а не вторым блюдом.   :blush:

KoFFe написал(а):

такое ощущение, что после этих слов герой - кинжал в зубы и лезгинку затанцует...

Кто считает это произведение серьезным, сильно ошибается. Я сама пишу и веселюсь....ну, не всегда, конечно. :rofl: И вам даю повод повеселиться.

KoFFe написал(а):

Кяфир ближе по произношению будет.

KoFFe, а "кафир" красивее. И меньше на кефир похоже.

KoFFe написал(а):

мать честная... цвет уж явно лишний

Я так не считаю.  :x

Отредактировано Estrella (Чт, 4 Ноя 2010 00:02)

0

23

KoFFe написал(а):

Очень радуют некоторые здешние писательницы женских романов, тщательно изучающих эпоху, тему и т.д. и т.п., о которых пишут...

Меня тоже радуют,KoFFe!  Но, наверное, я к их числу  не смогу присоединиться...

KoFFe написал(а):

такое ощущение, что после этих слов герой - кинжал в зубы и лезгинку затанцует...

Вау, вспомнила песенку Боярского:
Я умоляю, как человека, эй, генацвале, что за дела?
Без кинжяла нет абрека, без барашка нет стола! http://s19.rimg.info/61e429b64f6bb9537466999272f51821.gif

KoFFe написал(а):

что ж он так свою возлюбленную нехорошо называет? Одалиска - это почти служанка, сексуальная рабыня.

По-моему, это нормальная сексуальная фантазия мужчины. Особенно если возлюбленная - гордая и неприступная. :blush:

0

24

Estrella написал(а):

По-моему, это нормальная сексуальная фантазия мужчины

Нормальная фантазия?) Или нормальная для мужчины?)

0

25

DarAmetis:flag: ну если ты хочешь копнуть :flirt:  глубже, я бы сказала, что и женщин подобные фантазии посещают частенько. :shine:

0

26

Вот и продолженьице....

                                                                 4.

    Врач  склонился над Реисом, осматривая  рану в бедро, - ее медик счел более опасной, нежели пронзенное предплечье, которым занялся его юный помощник. В глубине души старый  доктор был доволен, что наконец-то Неуязвимый Селим получил эти раны. 
    Табиб был мудр и знал, что неуязвимых людей не существует. Сегодняшнее поражение собьет с капудан-паши немного спеси и самоуверенности. С другой стороны, вздохнул медик,  с величайшей осторожностью  обрабатывая рану, такого больного никому не пожелаешь, - он наверняка не будет выполнять  врачебных предписаний, не захочет пить назначенных лекарств  и вообще будет вести себя отвратительно, как человек, не привыкший к недугам и страданиям.
   Вот уже и сейчас он начал своевольничать - запретил  переносить себя с кормы,  и его усадили в низкое кресло, вытащенное из одной из кают. Он то и дело  отталкивал врача, не давая ему  спокойно делать свое дело, и спрашивал у своих людей, столпившихся у бортов: не появился ли кто на поверхности воды.
- Ничего не видно, Реис, - отвечали ему. – Одни трупы плавают. Может, испанец убил черного?
- Убил? – скривился  капудан-паша, сдерживая стон. – Вы же сказали, мерзавцы, что он упал за борт мертвым!..
- Вижу! – вдруг крикнул один из тунисцев, показывая рукою вниз. – В воде кто-то живой!
- Да! Это негр! – Радостно подхватили другие.
      Реис опять отпихнул старого врача.
- Один? Он один? – нетерпеливо спросил он, забыв о ране в бедре, привставая и тут же, охнув, садясь опять.
- Да, один....Нет! – Корсары  у борта аж подскакивали от возбуждения. – Испанец! «Черная доска»  плывет с ним! Он его тянет!
    Они сбросили вниз штуртрап*, и несколько человек спустились по нему, чтобы помочь подплывшему к борту  галеона негру.

    - Ваша сабля, Реис, - с поклоном сказал один из корсаров, вручая  командующему  клинок.
- Что там происходит? –Cпросил его Селим, глядя на столпившихся на корме корсаров. Негр, вытащивший испанца, сидел в стороне, прислонившись к переборке и тяжело дыша.– Что неверный?
- Мертв. Истек кровью и нахлебался воды. Вашу саблю мы из его правой руки с трудом, но освободили;  а вот  в свою шпагу он так вцепился, что нам чуть не пришлось  ломать  ему пальцы.
- Рай и ад!.. – Выругался Селим. – Быстро давайте его сюда. И его шпагу тоже.
     Тело  пленника проволокли по палубе за руки и бросили у ног Реиса. Селиму подали шпагу; он поставил ее между коленей, не отводя тяжелого взгляда от  лица  испанца. Даже сквозь  смуглую кожу  видно было, какое оно бескровное.
- Табиб, займитесь  этим человеком, - приказал  командующий флотом. – Утопленника  можно вернуть к жизни.
- Но, Реис, я еще не закончил с вашей раной… - Запротестовал было врач.
- Она подождет. – Жестко прервал его капудан-паша. – Оживите его!
    Доктор сделал знак своему юному помощнику, и они вдвоем склонились над  испанцем.  Стоявшие вокруг пираты следили за манипуляциями врачей, тихо переговариваясь между собой.
- Нет, ничего не выйдет...
- Он покойник, по всему видно. Губы синие, а это первейший признак.
- За борт его надо, на корм рыбам!..
    Но безжизненно распростертое тело вдруг вздрогнуло;  изо рта утонувшего  хлынула вода, и дыхание вырвалось из  груди вместе со слабым стоном.
- Аллах Всемогущий! – воскликнул один из корсаров, делая предохраняющий от злых сил знак. – Воистину этот неверный – пособник дьявола!
- Ожил, ожил .... -  бормотали остальные, изумленные, невольно отступая назад. Врач между тем ловко разрезал на испанце ножом мокрую от воды и крови рубашку, обнажив  плечи, грудь и живот. Ярко сверкнул на солнце золотой крест.
- С такими ранениями – и он еще жив?.. – прошептал кто-то.
   Кроме глубоких порезов на груди и плече, на теле испанца оказались  две  раны. Обе  были нанесены мушкетными пулями - одна  из них прошла навылет через  бок, вторая застряла в области ключицы.
- Он будет жить? – спросил командующий.   
     Доктор, осторожно осматривавший пулевое отверстие  в боку раненого, поднял  на Реиса озабоченный взгляд и покачал головой:
- Едва ли. Хотя, похоже, жизненно важные органы не задеты. Но он потерял  очень  много крови.
- Я хочу, чтобы он жил, - с нажимом сказал Селим. Это был приказ, - и невыполнение его грозило страшными  карами. Помощник доктора, юноша лет восемнадцати, накладывавший повязку на плечо испанца, вздрогнул и съежился.  Но старый табиб остался невозмутим.
- Иншалла*, - только и сказал он.
    В этот момент  испанец открыл глаза, и его затуманенный взор  скользнул по лицам старого медика и его помощника. Раненый  дернулся и  застонал, когда юноша, чьи пальцы дрожали после слов командующего, слишком резко затянул  повязку.
- Ага, он приходит в себя, - удовлетворенно произнес Реис, радуясь, что не только он один испытывает боль. – Значит, не так все плохо.
    Испанец медленно повернул голову на звук голоса Селима и посмотрел в лицо своего врага;  взгляд  его стал  более осмысленным, пальцы левой руки скрючились  и заскребли по доскам палубы, словно  пытаясь найти эфес своей шпаги.
- Не это ли ты ищешь ? – насмешливо спросил Реис, показывая  противнику его оружие.  По-испански он говорил, тщательно подбирая слова, не быстро, но четко. Светло-голубые  глаза раненого расширились и  вспыхнули, он приподнялся на локте,   протягивая   руку к своему клинку; с бескровных губ вновь сорвался полустон-полувздох.
- Он тянется к своей шпаге, как голодная собака к кости, - усмехнулся Селим. –Этот пес вовсе не собирается умирать. – Он сделал знак своим людям: - Поднимите его и поставьте передо мной   на колени.
     Испанца грубо подхватили под мышки и поставили на колени перед креслом, в котором  сидел  Реис; он больше не издавал ни звука, но дрожь  вдруг начала сотрясать все его тело, и  слышно было, как зубы  отчетливо выбивают дробь. Однако Селим с неудовольствием видел, что, несмотря на униженную позу, пленник  пытается  сохранить горделивую осанку; он не склонил  голову и смотрел прямо в лицо Реису, хотя было ясно, что это стоит тяжелораненому огромных усилий.
    Нахмурившись, капудан-паша сжал эфес шпаги и упер  ее острие в  обнаженную грудь испанца;  тот даже не моргнул.
- Ты отважен и горд, - отчетливо выговаривая слова чужого языка, сказал Селим. - Ты храбро бился, и я признаю это. Я уважаю смельчаков, пусть они и мои враги.  Уважаю и тебя, хоть ты  и пролил мою кровь и кровь моих людей. Но запомни раз и навсегда: у раба не бывает  ни смелости, ни гордости. Ты отныне мой раб. А я – твой  владыка и повелитель. Если сейчас ты смиришь свою гордыню и признаешь меня своим господином, клянусь именем Всевышнего, я   буду снисходителен  к тебе. Тебя будут хорошо  лечить. Пока ты не выздоровеешь, ты не будешь выполнять тяжелую работу, и тебя не будут слишком  сурово наказывать. Если же ты сейчас  откажешься, если будешь строптив, - то знай, что, когда твои раны затянутся, я прикажу подвергнуть тебя пыткам. Я обещаю, что они будут ужасными и долгими, и за каждую каплю крови, которую ты сегодня пролил, мою и моих людей, ты расплатишься своими криками и стонами. Думаю, ты достаточно умен и сделаешь правильный выбор.  Смирись со своей судьбой. Это кисмет*, так было предопределено Аллахом, и не тебе изменить предначертанное Им. Что ты скажешь? Ты покоришься мне?
     Кафир молчал. Казалось, он балансировал на грани обморока; его трясло все сильнее, глаза  подернулись дымкой, на повязках  на плече и боку появились, медленно расплываясь, кровавые  пятна. Селим отложил шпагу и выставил вперед ногу, обутую в загнутую на носу, расшитую золотыми нитями, туфлю.
- Я вижу, тебе плохо. Можешь не отвечать. Поцелуй мою туфлю и этим признай меня своим господином, раб.
    Губы  пленника задергались; он словно собирается заплакать, - мелькнуло у  капудан-паши.  Испанец склонился  над ногами Селима, и лицо Реиса озарилось радостью: враг был  сломлен и покорён. Упиваясь  унижением того, кто недавно одержал над ним победу, Селим позабыл об осторожности. И это едва не стоило ему жизни.
     Испанец  дернул вниз левую ногу командующего флотом. Реис вскрикнул от страшной боли, пронзившей  раненое бедро; он почти сполз со своего кресла, а его враг   резким рывком забросил  на него свое тело, рыча и бешено сверкая глазами. Мгновение - и  пальцы пленника со страшной, непонятно откуда взявшейся силой, сомкнулись на горле Селима.
   Реис мог отбиваться только одной правой здоровой рукой, и кто знает, чем закончилось бы это стремительное нападение, не приди на помощь своему капудан-паше корсары. Несколько ударов по голове, – и пальцы испанца разжались.  Он скатился с Реиса на палубу в глубоком обмороке, и не меньше двадцати клинков сразу взметнулись над ним.
- Не убивать его, - захрипел Селим, растирая горло, - заковать в цепи....Бросить в трюм. Он нужен мне живой...Живой!
- Господин, - вмешался старый врач, - если вы бросите его в трюм, то он не проживет и дня. Для его ран  сырость – это верная смерть, и ему нужен свежий воздух.
- О, шайтаново семя!.. – Выругался Реис. – Хорошо. Тащите его в какую-нибудь каюту. Табиб, вы головой отвечаете за его жизнь. Головой!

*Штуртрап - веревочная лестница на корме судна.
Иншалла* - в переводе с арабского это  означает "на все воля Аллаха", "если на то будет воля Аллаха"
Кисмет — в исламе - неизбежность, предопределение, полная предрешенность Аллахом всех событий в мире, судеб людей.

Отредактировано Estrella (Сб, 6 Ноя 2010 00:47)

0

27

Estrella написал(а):

бедро

бедре

Estrella написал(а):

В глубине души старый  доктор был доволен, что наконец-то Неуязвимый Селим получил эти раны.

ну, возможно не доволен, а рад, как-то не так звучит

Estrella написал(а):

негр

звучит как-то по-америкоски, прости Господи... мавр на худой конец... 

Estrella написал(а):

Утопленника  можно вернуть к жизни

УТОПЛЕННИКА уже никак не вернуть, он уже утопился. А нахлебавшегося - другое дело

Estrella написал(а):

Но он потерял  очень  много крови.

Не вижу логики. Если он потерял очень много крови, то пардон кислород к мозгу почти не поступает, как он может ещё так трепыхаться. И зачем его потом на колени такого больного поставили, если капитан хочет, чтоб он жил?

Estrella написал(а):

мою туфлю

сапог. или капитан щеголял в туфлях?)

+1

28

Из предыдущего согласна только с тем, что рана на бедре, и что, пожалуй, действительно, не негр.

Estrella написал(а):

а его враг   резким рывком забросил  на него свое тело,

Вот этот способ не совсем понятен...
Estrellе    :flag:

0

29

KoFFe, LaFam, спасибо ! :flag:  :flag:

KoFFe написал(а):

не доволен, а рад,

KoFFe, принимается. )

KoFFe написал(а):

звучит как-то по-америкоски, прости Господи... мавр на худой конец...

Мавр - в нашем представлении черный как сажа Отелло, но это не совсем правильно. Мавры ближе к арабам, они не черные, у них не африканские черты лица.
Могу исправить на "африканец", потому что его привезли из глубин Африканского континента.

KoFFe написал(а):

УТОПЛЕННИКА уже никак не вернуть, он уже утопился. А нахлебавшегося - другое дело

Принципиально? Если да, то можно исправить, без проблем

KoFFe написал(а):

Если он потерял очень много крови, то пардон кислород к мозгу почти не поступает, как он может ещё так трепыхаться...

С медицинской точки зрения, наверное, не может. Но мой герой, естественно, мэрисью в мужском обличье.  :D  Так что - может! И даже обязан!  :rofl:

KoFFe написал(а):

сапог. или капитан щеголял в туфлях?)

Исправлю. :flag:

LaFam написал(а):

этот способ не совсем понятен...

Если непонятно, давай исправлю на  "навалился сверху".

Отредактировано Estrella (Сб, 6 Ноя 2010 14:43)

0

30

Estrella написал(а):

Мавр - в нашем представлении черный как сажа Отелло, но это не совсем правильно. Мавры ближе к арабам, они не черные, у них не африканские черты лица.

не, я не в смысле антропологии, я в смысле что слово негр тогда вряд ли употреблялось

0

31

KoFFe написал(а):

слово негр тогда вряд ли употреблялось

Надо с кем-нибудь проконсультироваться.... :sceptic:

0

32

С морем заканчиваем. Совсем скоро дело перенесется на сушу, в тунисские  дворцы, гаремы и иже с ними. :D В общем, туда, куда не ступала нога автора... :blush:

   
                                                                           5.
   
     Воспаленным взором  Селим обводил своих людей. О Аллах, опять они стали свидетелями его поражения!.. Воистину сегодня ужаснейший, несчастливейший  день в его жизни. Он лишился своего гордого прозвища  из-за этого  испанца. Лишился чести, позволив  неверному дважды одержать верх над собой. Если бы он, Реис, мог уничтожить всех, кто видел его схватку с испанцем! Всех до одного!  А теперь молва о его  посрамлении разлетится по всему Тунису и окрестным землям. Весь мусульманский мир будет потешаться над ним, позволившим победить себя  какому-то смрадному  псу-христианину. И – самое главное – та, о которой он мечтал так долго, чей облик видел в своих снах... Что скажет она, узнав о его позоре? Как он сможет предстать перед ней,  униженный, раненый, вывалянный в грязи?  Как она встретит его? Презрительно усмехнется? Или расхохочется прямо в лицо? О, невыносимо, невыносимо!..
     Реис заскрежетал зубами. Ему страстно хотелось выместить на ком-то свои  ярость, боль и  унижение. Его глаза остановились на могучем  африканце-невольнике, том, который вытащил испанца из моря. Негр стоял немного в стороне от остальных пиратов и смотрел, как бесчувственное тело пленника волокут прочь. На лице черного великана отражались восхищение и уважение, смешанные с жалостью.
    Ничтожная «черная доска»!.. Не приказать ли  отхлестать этого раба, чтобы впредь держал при себе свои чувства?
    Селим совсем забыл, что посулил невольнику за то, что тот  вытащит из воды испанца и саблю. А негр не забыл. Он вдруг шагнул к  командующему и сказал, низко поклонившись:
- Я выполнил ваше повеление, Реис. Вы дадите мне свободу?
     Селим еще больше помрачнел, вспомнив  свое обещание. В мыслях он уже видел, как плеть сдирает кожу с широкой спины «черной доски», и зрелище это немного улучшило его настроение.  И – что же? Оказывается, он обещал этому невольнику свободу. Еще одна досадная неудача!
- Реис, - повторил негр уже настойчивее, потому что Селим молчал, - я получу свободу? Я все сделал, - вернул вам вашу  саблю и испанца достал.
- Я не говорил, что  дам тебе свободу  прямо сейчас, - резко ответил капудан-паша. – Иди к своим «доскам» и не надоедай мне.
     Лицо  африканца исказилось от сдерживаемого волнения. Он понял, что этот ответ равносилен отказу.
- Реис, вы же обещали! – Воскликнул он. – Я все выполнил, что вы приказали!
- Убирайся, пес, пока я не велел ободрать твои бока плетью! – Крикнул, привстав с кресла, забыв о своей ране, Селим, и тут же рухнул обратно, корчась от боли. Но невольник не ушел.
- Все слышали, что вы обещали дать мне свободу, Реис! – И он вдруг схватил командующего за руку. – Вы должны сдержать свое слово!
- Гнусный пес! – Вырывая руку, воскликнул Селим. – Хорошо же! Ты получишь свою свободу!.. Взять его! – Корсары схватили негра.
- Ты больше не раб, - тяжело дыша, сказал капудан-паша. – Но до меня ты дотронулся, будучи еще рабом. А за это положена смерть. Ты коснулся своего господина без его разрешения. Так вот, уже как свободному человеку, я позволяю тебе выбрать свою смерть: или ты шагнешь за борт к тем трупам, что плавают там, или тебя привяжут к мачте, и ты умрешь небыстро от голода и  жажды.
    Лицо негра посерело. Спасения ему не было. Но он справился со своими ужасом и отчаянием и выдавил:
- Я не хочу пойти на корм рыбам.
- Привяжите этого свободного человека  к мачте, - распорядился Селим. И, когда его приказ был выполнен, и африканца  намертво прикрутили к бизани, велел открыть трюм и посмотреть, что везут на «Голубой жемчужине».
    Через десять минут вопль многих пиратских  глоток – вопль, в котором смешивались изумление, радость и алчность одновременно – огласил тихие морские воды далеко вокруг.
     Трюм «Perla  azul” был  наполнен сундуками, набитыми  золотом, индейским золотом, которое испанцы везли из далекой Мексики. Вот почему почти не стреляли пушки и кулеврины галеона: на «Голубой жемчужине» их было втрое меньше положенного из-за тяжелого груза -  чтобы облегчить  судно, большую часть орудий сняли.
   Такого великолепного трофея не помнил ни один самый старый тунисский корсар! Воистину сам Аллах послал Реису встречу с «Голубой жемчужиной».
     Селим  принимал поздравления, величественный и надменный, сидя в капитанской каюте, лучшей на захваченном галеоне. Он больше не страдал ни от ущемленного самолюбия,  ни от посрамленной гордости, ни даже от своих ран. Золото, столько золота!
Лицо командующего флотом сияло. Сокровища галеона принесут ему славу, богатство и почести. И – теперь Реис был уверен в этом – восхищение и любовь той, к которой стремилось его сердце. Ибо –какая женщина устоит перед блеском желтого металла, драгоценнейшего на земле?
    Бальзам на душу Селима пролил и назначенный Реисом новый терсане-агаса. Весьма ловко тот ввернул в разговоре с капудан-пашой, что все люди  Селима   уверены, что на галеон с такими сокровищами  на борту  испанцы, прежде чем отправить его в море,  навели какие-то дьявольские чары. Только колдовством можно объяснить то, что пролилась кровь Неуязвимого Реиса. А  испанец, сражавшийся с командующим, недаром   оказался левшой, - он, несомненно, имел мощную поддержку злых сил. К тому же,  у него голубые глаза,  а всем известно, что люди с такими глазами могут навести порчу. Но, к каким бы заговорам и чародейству ни прибегали неверные, - против всемогущего Аллаха и его верных слуг – и прежде всего великого Селима-Риса -  они оказались бессильны.
    Капудан-паша  - он  был куда менее суеверен, чем его люди, -  слушал льстивые речи своего нового помощника, улыбаясь про себя. Однако,  эта  идея о заколдованном галеоне и о нем, Селиме, захватившем его, несмотря на всю христианскую магию, очень понравилась ему. Пусть  Реис лишился своего прозвища Неуязвимого, - но  новая легенда принесет ему куда больше славы и почета, и его подвиг и героизм останутся в памяти не одного поколения.
    Оставшись, наконец, один в каюте, откинувшись на мягкие подушки и выпив болеутоляющий настой, Селим предался сладким  мечтам. В них он пытал своего врага-испанца, обнимал  ту,  которую страстно желал,  и – о, самая  великолепная из всех грез! – вместе со своей любимой всходил на султанский престол.

Отредактировано Estrella (Сб, 6 Ноя 2010 21:23)

0

33

Н-дя, теперь даже не знаю, выкладывать  ли "своих" пиратов.... даже до золота мексиканского добрались раньше моих :'(

0

34

Джой, да что мои пиратики? Это так, для затравки!
Будем ждать твоих как сладенького. )))

0

35

Estrella написал(а):

Воспаленным взором

О_о у него конъюнктивит?

0

36

Estrella написал(а):

Будем ждать твоих как сладенького. )))

не у меня без красочных подробностей
Я вот к чему  - у меня тоже мексиканское золото фигурирует, чтобы не сочли за плагиат :D (правда у меня  по-скромному - всего четыре сундука)

0

37

KoFFe написал(а):

Воспаленным взором

KoFFe, это, типа, устойчивое выражение :) (Есть еще слово "воспалившийся", эт ближе к болезни)

Джой написал(а):

чтобы не сочли за плагиат

Джой, да брось ты! Если у тебя любоффь, и у меня любоффь, никто же это плагиатом не сочтет :rolleyes:

Отредактировано Estrella (Вс, 7 Ноя 2010 14:34)

0

38

Estrella написал(а):

Селим совсем забыл, что посулил невольнику за то, что тот  вытащит из воды испанца и саблю.

Может, так и указать, что он пообещал ему свободу (ну, или еще какой-нидь синоним)...
И далее, эта свобода практически в каждом предложении.. Интересно, синонимы ей - воля? независимость?
Больше никак?

Estrella написал(а):

Весьма ловко тот ввернул в разговоре с капудан-пашой, что все люди  Селима   уверены, что на галеон с такими сокровищами  на борту  испанцы, прежде чем отправить его в море,  навели какие-то дьявольские чары.

Опять дом, который построил Джек..  :D Хотя это ИМХО 
Не, воспаленный взор - это, типа, переносно  :D  Как бы горящий,возбужденный...

Реис, блин, во  :cool:  персонаж получается. ...Estrella :flag:

0

39

LaFam, твои замечания, как всегда, в точку. Спасибо! :flag:
Да, со свободой (век бы ее не видать!) тяжело пришлось. На независимость заменить? Прикольненько будит... :D

0

40

О, какая тема! :) Тунис, пираты, гаремы...

Вот только немножко приду в себя после перелетов-переездов и все обязательно внимательно прочитаю - откомментирую! Постараюсь побыстрее :)

0


Вы здесь » Литературное кафе » Устаревшие произведения » Тунисская принцесса (полет второй)